ВСПОМИНАЯ ПРОЖИТОЕ… ГЛАВА 9. БОЛЕЗНЬ И СМЕРТЬ МАМЫ И ПАПЫ (часть 56)

ГЛАВА 9. БОЛЕЗНЬ И СМЕРТЬ МАМЫ И ПАПЫ

(Начало воспоминаний здесь. Оглавление здесь.)

Родители: Мина Самуиловна и Израиль Осипович Перельцвайг (фото из семейного архива)

Когда я был маленьким, потом учился в школе и в институте, работал молодым инженером, то как-то не задумывался над тем, что все в мире имеет начало и конец. Казалось, что мама и папа вечно будут со мной, тем более, что и мама, и папа были очень активными людьми, всю свою жизнь много работали, у них было много интересов. Например, папа свободно читал на иврите и идише, когда-то (в 20-х годах) даже работал в издательстве газеты «Правда Востока» в Ташкенте. Даже сохранилась почетная грамота, которую он получил в то время за подписью председателя Совнаркома (Совета Народных Комиссаров) Узбекистана Файзуллы Ходжаева. (Судьба этого человека была трагичной. В 1937 г. он был в числе обвиняемых на процессе Бухарина, Рыкова, Томского, Крестинского и др. и был расстрелян.) Помню, как уже в весьма преклонном возрасте папа читал Шолом-Алейхема в подлиннике (у нас было полное собрание его сочинений на идише). Мама была большой любительницей сбора грибов и регулярно ездила со мною в долгие лесные походы.

Мина Самуиловна Перельцвайг (в девичестве: Вихман) (фото из семейного архива)

Осенью 1983 г. мы с мамой поехали на Карельский перешеек по грибы. Обычно мама всегда сама носила свою корзину с грибами, но тут, когда мы уже отправились в обратный путь из леса на ж.–д. станцию, я увидел, что маме трудно нести корзину, и обратился с предложением помочь (моя корзина была в рюкзаке за плечами). И впервые мама разрешила мне взять ее корзину. Мне и в голову не пришло, что мама тяжело больна. Думал, что просто начинает сказываться возраст (маме в это время было 69 лет). А ведь это было уже начало ее страшной болезни. Зимой 1983–84 гг. выяснилось, что у мамы рак. По рекомендации Дани* (ее двоюродного брата) мы попали к Даниилу Рафаиловичу, опытнейшему врачу-хирургу в Городском онкологическом диспансере и больнице на Каменном острове. Мама прошла курс химиотерапии, начало было результативном, опухоль уменьшилась, и врач говорил, что скоро ее можно будет прооперировать. Однако в августе самочувствие мамы ухудшилось. Когда мы попали к ее лечащему врачу, он сказал (я помню эти его слова), что «здание, которое мы строили, обрушилось»… Так начался последний страшный этап, когда сделать уже нельзя было ничего, оставалось лишь по возможности снимать боли с помощью наркотиков. Одиннадцатого декабря 1984 г. мамы не стало. Мама была дома в своей квартире в Ульянке на проспекте Суслова, и мы с Лорой были около мамы. Я сам делал ей уколы.

Рахиль-Леа (Роза Михайловна) Симановская, в девичестве Ляндрес, сестра Аси Михайловны (фото из семейного архива)

Даня был близок всей нашей семье и очень любил свою двоюродную сестру. Хотя он сам был врачом и, возможно, лучше всех нас понимал происходящее, но и для него это было страшным ударом. Через 8 дней его не стало. Так эти две страшные даты и соседствуют друг с другом…

________

*Даня — Даниил Зиновьевич Симановский, сын Рахиль-Леи (Розы) Ляндрес, по мужу Симановской, сестры Аси Михайловны (бабушки автора). (Примечание Аси Перельцвайг)

 

(Продолжение следует…)

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *