ВСПОМИНАЯ ПРОЖИТОЕ… ГЛАВА 3. ШКОЛА (часть 20)

ГЛАВА 3. ШКОЛА

(Начало воспоминаний здесь. Оглавление здесь.)

А вообще наш класс (я имею в виду последние годы учебы в школе) был небольшим (около 20 человек), но выдающимся, во всяком случае, в истории нашей школы. По-моему, подобного рекорда не было ни до, ни после того. На приблизительно 20 выпускников было 7 медалистов (две золотые медали — у Юрского и у меня; пять серебряных медалей — у Миши Тарасова, Коли Попова, Славы Короткова, Толи и Денисенко).

Из семейного архива (публикация и дата не установлены)

Конечно, не все учились хорошо и отлично, были и двоечники, были и лодыри, были и такие, кому с трудом давалось учение. Но тем не менее, насколько я знаю, все получили высшее образование и работали инженерами, артистами, биологами и др. Один лишь пример, подтверждающий сказанное […]. Я хочу рассказать о Гене Громове. Мальчик он был хороший, но учеба давалась ему явно с трудом. Может быть, сказывалось голодное военное детство, я не знаю. Одно время я даже был его «шефом». В то время в школе был развит институт шефства, когда к слабому ученику прикрепляли сильного, чтобы последний помогал слабому, натаскивал его по тому или иному предмету. Так вот я помогал ему по математике и физике. У Гены глаза слегка раскосые, поэтому его прозвали «Мао» (был такой руководитель в Китае).

Раз я начал говорить о кличках, то надо на этом немного остановиться. [..] В наше время редко кого называли по имени, в ходу были клички, причем у некоторых их было по несколько. Спустя время бывало трудно вспомнить, откуда и почему у кого такие клички, но некоторые клички могут быть легко объяснены. У меня, например, были жесткие волосы и, кроме того, я хорошо решал задачки (как машина), а фамилия у меня Перельцвайг, вот я и получил клички «щетка», «щетина», «перц-машина». У Сережи Юрского была, насколько я помню, лишь одна кличка «пузо», так как у него уже тогда образовывался небольшой животик. У Миши Тарасова, который много времени проводил с ручкой (писал стихи) или за пишущей машинкой, было прозвище «канц» (по-видимому, от слов «канцелярия» и «канцелярист»). По поводу кличек сохранился в памяти такой забавный эпизод. Много лет (наверно, лет 15) спустя после окончания школы мы, кажется, в первый раз надумали собраться классом. Собрались у кого-то из ребят, кажется, у Вити Стефанова, на квартире. Никто не продумывал порядок проведения этой встречи. Но как-то стихийно получилось, а возможно, что кто-то из ребят предложил это, но была придумана такая штука. По кругу каждый сидящий за столом должен был подняться и представиться «обществу» всеми своими школьными кличками. А если забывал, то ему хором напоминали. Это было ужасно смешно, параллельно вспоминали всякие забавные школьные истории.

Вернемся к Гене Громову. После школы я его долго не встречал, хотя иногда что-то слышал о нем от других. Знаю, что он где-то работал, потому отслужил в армии, а, вернувшись из армии, окончил ветеринарный институт, защитил диссертацию и работал в своей alma mater. Как написано выше, я долго ничего о Гене не слышал. Однажды на Загородном проспекте встречаю своего одноклассника Витю Ярославцева, мы с ним постояли, поговорили обо всех наших ребятах, о ком есть какие-либо сведения, и дошли до Гены. И тут Витя рассказал мне совершенно замечательную историю. У них дома жила канарейка. Так вот, их птичка заболела, и мама Вити взяла ее, поехала с ней в ветеринарный институт и записалась на прием к врачу. Когда она вошла в кабинет, то увидела Гену в белоснежном халате и шапочке. Конечно, они сразу узнали друг друга. Так я узнал, что Гена работает в ветеринарном институте. Рассказ Вити о Гене на этом закончился. И надо же! Через несколько дней я встречаю самого Гену. После взаимных расспросов и рассказов о жизни я рассказываю ему о недавней встрече с Витей Ярославцевым. На это Гена как-то хитро улыбается с спрашивает меня о том, а рассказал ли мне Витя, что было с их канарейкой. Я не понимаю, к чему этот его вопрос, но отвечаю, что нет, не рассказывал. Тогда Гена продолжает рассказ Вити. Оказывается, что их птичка регулярно сносит яички, но из них не вылупляются птенцы — вот проблема. На это Гена спрашивает Витину маму, а есть ли у них петушок. И вот ответ Витиной мамы: «А разве надо?». […] Когда у нас случилась беда с хомячком (Ретанчиком)*, я вспомнил про Гену и поехал к нему. К сожалению, он не смог вылечить нашего Ретана Львовича…

_____

*Отважный Ретан залез на карниз, на котором висели занавески, и, к несчастью, упал оттуда. Несмотря на все наши старания, вылечить его не удалось. (Примечание Аси Перельцвайг)

 

(Продолжение следует…)

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *