ВСПОМИНАЯ ПРОЖИТОЕ… ГЛАВА 2. ВОЙНА

ГЛАВА 2. ВОЙНА

(Начало воспоминаний здесь. Оглавление здесь.)

Эвакуация (продолжение)

Короче говоря, мама забрала нас и должна была куда-то ехать подальше от войны, которая стремительно катилась на восток. Было это в конце августа – начале сентября 1941 года. Выбор был невелик. Из наших родственников далеко от этих мест жил лишь дядя папы с семьей. Дядя Соломон Юхтенмахер был родным братом папиной мамы Клары. Я хорошо его помню: высокий и худой. Его жену звали Цилей. У них было двое детей — сын Миля[1] и дочь Дора. Они и сейчас живы и более или менее здоровы. Живут они после войны в Москве. Миля много лет проработал в строительной индустрии на посту заместителя начальника строительного управления, хотя по образованию он юрист. Дора — биохимик, много лет она работала в биохимической лаборатории на винном заводе. Но о них и об их семьях несколько позднее. А тогда они жили в Ташкенте. Туда мама и направилась с нами. Путь этот тогда был страшно длинным и трудным. Сначала мы каким-то образом (не припомню уж как) добрались до Ярославля, а оттуда поплыли по Волге на пароходе. Сначала мы ехали в трюме этого парохода. Пароход был переполнен эвакуирующимися. Трюм был тоже заполнен до отказа. Все сидели в нем приблизительно так же, как бывает в переполненной электричке. Сам трюм был ужасным: грязь, под ногами плещется вода, которая невесть как попала в трюм. Лишь где-то в середине пути мама, ссылаясь на маленьких детей, сумела достать маленькую каюту. На остановках мама иногда запирала нас одних в этой каюте и сходила на берег в поисках какой-нибудь еды для нас. Ведь из Ленинграда мама уехала, как тогда говорили, «в чем стояла». Хорошо помню, как на одной остановке мама сошла на берег, а пароход постоял-постоял и отошел от пристани. И вот когда пароход уже был на середине реки, мы вдруг поняли, что мама на берегу, а мы плывем. Какого страху натерпелись мы с Лорой в каюте, а мама на берегу, описывать не буду, можешь без труда представить это себе. К счастью, оказалось, что пароход просто направился к другому берегу, где тоже была пристань (город был на обоих берегах реки Волга), а после этого должен был вернуться обратно. Но ни мама, ни тем более мы не знали этого… Так мы доплыли до Куйбышева (ныне этот город снова носит свое старинное название Самара). Там мы должны были пересесть на поезд до Ташкента. Город был забит эвакуирующимися отовсюду. Несколько дней мама не могла достать билеты на поезд, и мы, за неимением жилья, провели это время на привокзальной площади. Площадь была забита народом до отказа. Мы считали себя очень удачливыми, потому что нам удалось пристроиться где-то около стены какого-то дома. Почему-то в памяти нет связной картины этого времени, а остались лишь какие-фрагменты. Проводя параллель, я бы сказал, что вместо кинофильма в памяти лишь отдельные кадры (фотографии).

Дорога в эвакуацию из Ленинграда через Ярославль и Самару в Ташкент, приблизительно 4200 км (2600 миль)

[1] Эта часть моих воспоминаний, к сожалению, устарела. Продолжая урывками писать эти записки, наткнулся на это место и с грустью должен добавить, что как дяди Соломона с тетей Цилей, так и уже их сына нет в живых. Нет ничего страшнее и неумолимее времени: его нельзя остановить ни на секунду…

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *